Петр Первый - Алексей Толстой

- Нам их бояться?
- Как муху их раздавим...
- О нет, господа генералы. Азов - не муха...
Генералы начали ругать Гордона трусом и собакой. Не будь Петра, - сорвали бы с него парик. В тот же день, в час, когда все войско крепко спало после обеда, турки растворили крепостные ворота и без шума кинулись как раз к неоконченным траншеям в стыке между лагерями.
Половина стрельцов были зарезаны сонными. Другие, бросая алебарды и ружья, бежали к шестнадцатипушечной батарее, тоже кое-как укрепленной. Из пушек не успели и выстрелить: турки перегоняли бегущих стрельцов, лезли с кривыми ятаганами на редут, с визгом, нагнув головы, кидались в сбившуюся кучу пушкарей, где сын Гордона, полковник Яков, размахивал банником...
В лагерях поднялась суматоха, стрельба. Петр стоял на крыше землянки, сжав кулаки, - всхлипывал от возбуждения... Кричать, командовать - бесполезно. Спросонок люди метались как очумелые. Он увидел: через лагерный вал перелез Гордон с поднятыми пистолетами, старческой рысью побежал к редуту - спасать сына. За ним хлынула беспорядочная толпа зеленых, красных, синих кафтанов. На валу Лефортова лагеря отчаянно размахивали знаменем, оттуда тоже густо побежали на выручку. Все поле покрылось солдатами. Захваченный редут окутался дымом, - турки стреляли, прикрывая отступление: они увозили пушки, бегом по склону к крепости.
Скатывались с валов редута, отмахиваясь, отстреливаясь, - мелькали красными шароварами. Разбросанные по полю русские теперь стягивались в неровную линию, и она быстро задвигалась за турками к крепости. С землянки, откуда смотрел Петр, все это походило на игру... Наша берет!..
Турки, за ними русские - скатились в крепостной ров.
- Лошадь! - закричал Петр. - Штурм! Трубачи!
Он топал каблуками. Но никто его не слушал. Мимо проскакал с остекленевшими глазами Алексашка Меньшиков. Хлестнул шпагой лошадь - перемахнул через ров... "Ур-рра", - ревел его разинутый рот... Трещали барабаны. И вдруг что-то случилось. Турки добежали до стен. Ворота раскрылись. Вывалилась толпа янычар, и кто-то - на белом коне, весь в красном, в большой чалме - раскинул вздетые руки... Сквозь выстрелы донесся такой страшный вой, что Петр содрогнулся... Русские уже бежали назад, за ними - конные и пешие турки... Падали, падали, Петр схватился за виски... Снова увидел Алексашку: он мчался к тому - в красном, в чалме, - сшиблись... Клубы порохового дыма... Разрывы бомб... Взбесившиеся лошади.
Люди вырастают, подбегая, - ужасом исковерканы лица... Через брустверы скатываются в окоп. Разбиты... разбиты...

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий