Петр Первый - Алексей Толстой

Турки, обложенные с моря и суши, оборонялись отчаянно, отбили все штурмы.
Когда вышел весь хлеб и весь порох, сдались на милость. Три тысячи янычар с беем Гасаном Араслановым покинули разрушенный Азов.
В первую голову это была победа над своими: Кукуй одолел Москву. Тотчас отправили высокопарные грамоты к императору Леопольду, венецианскому дожу, прусскому королю. На Москве-реке у въезда с Каменного моста воздвигли старанием Андрея Андреевича Виниуса порты, или триумфальные ворота.
Наверху их среди знамен и оружия сидел двуглавый орел, под ним подпись:
"Бог с нами, никто же на ны. Никогда же бываемое".
Крышу у этих ворот держали золоченые Геркулес и Марс, мужики по три сажени. Под ними - деревянные, раскрашенные, - азовский паша в цепях и татарский мурза в цепях же, под ними подпись:
"Прежде на степях мы ратовались, ныне же от Москвы бегством едва спаслись".
С боков ворот написаны на больших полотнах картины: морской бог Нептун, с надписью: "Се и аз поздравляю взятием Азова и вам покоряюсь..." И на другой - как русские бьют татар. "Ах, Азов мы потеряли и тем бедство себе достали..."
В конце сентября тучи народу облепили берега и крыши: из Замоскворечья через мост и порты шла азовская армия. Впереди ехал на шести лошадях князь-папа с мечом и щитом. За ним - певчие, дудошники, карлы, дьяки, бояре, войска. Далее вели четырнадцать богато убранных лошадей Лефорта.
Сам он, в латах, с планом Азова в руке, стоя, ехал в царских золотых санях по гололедице. Опять - бояре, дьяки, войска, матросы, новые вице-адмиралы Лима и де Лозьер. С великой пышностью, окруженный гремящими литаврщиками, ехал на греческой колеснице приземистый, напыщенный, с лицом, раздававшимся в ширину, боярин Шеин, генералиссимус, жалованный этой честью перед вторым азовским походом, чтобы заткнуть рты боярам. За ним волокли полотнищами по земле шестнадцать турецких знамен. Вели пленного татарского богатыря Алатыка, - он щурил косые глаза на толпу, бешено оголял зубы, - ему улюлюкали. Позади Преображенского полка на телеге в четыре коня везли виселицу, под ней стоял с петлей на шее изменник Яков Янсен, два палача по сторонам его щелкали пытошными клещами, потряхивали кнутами. Шли инженеры, корабельные мастера, плотники, кузнецы. За стрельцами верхом - генерал Гордон, далее - пленные турки в саванах.
Восемь сивых коней тащили золотую в виде корабля колесницу. Перед нею шел Петр в морском кафтане, в войлочном треухе со страусовым пером. Удивлялись его круглому лицу и длинному телу - выше человеческого, и многие, крестясь, припоминали страшные и таинственные слухи про этого царя.

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий