Петр Первый - Алексей Толстой

Народу все подваливало. Одни шли поглядеть на людей, послушать, что говорят, другие - погордиться обновой, иные - стянуть, что плохо лежит. В проулке, где на снегу, как кошма, валялись обстриженные волоса, - зазывали народ цирюльники, щелкали ножницами. Кое-кого уж посадили на торчком стоящее полено, надели на голову горшок, стригли. Больше всего шуму было в нитошном ряду. Здесь бабы кричали, как на пожаре, покупая, продавая нитки, иголки, пуговицы, всякий пошивной приклад. Алешка, чтобы не пропасть, держался за Алексашкин кушак.
Когда опять вышли к площади, - кто-то пробежал, про что-то закричал. С Варварки поднималась большая толпа. Гикали, свистели пронзительно.
Стрельцы несли на руках избитого человека.
- Православные, - со слезами говорили они на все стороны, - глядите, что с купцом сделали...
Этого человека положили в чьи-то лубяные сани. Стрелец Овсей Ржов, взлезши на них, стал говорить все про то же: как немцы по злобе убили едва не до смерти доброго купца и как верхние бояре скоро всю Москву продадут на откуп иноземцам... Алексашка с Алешкой пробрались к самым саням.
Алешка, присев на корточки, сразу признал в избитом того самого пухлого, с маленькими глазками, в заячьей шапке, посадского, кто на Лубянке продал ему два подовых пирога. От него несло водкой. Стонать он устал. Лежа на боку, мордой в соломе, только повторял негромко:
- О-ох... Отпустите меня, Христа ради...
Овсей Ржов, крестясь, кланялся церквям и народу. Стрельцы нашептывали в толпе. Разгоралась злоба. Вдруг закричали: "Скачут, скачут..."
От Спасских ворот по санному следу скакали два всадника. Передний - в стрелецком клюквенном кафтане, в заломленном колпаке. Кривая сабля его, усыпанная алмазами, билась по бархатному чепраку. Не задерживая хода, бросив поводья, он врезался в толпу. Испуганные руки схватили коня под уздцы. Всадник быстро вертел головой, показывал редкие желтые зубы, - широколобый, с запавшими глазами, с жесткой бородкой... Это был Тараруй, - как прозвали его в Москве, - князь Иван Андреевич Хованский, воевода, боярин древней крови и великий ненавистник худородных Нарышкиных.
Стрельцы, завидя, что он в стрелецком кафтане, закричали:
- С нами, с нами, Иван Андреевич! - и побежали к нему.

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий