Петр Первый - Алексей Толстой

Уж и корону заказала для себя немецким мастерам.
В Преображенском дворце пустынно, только челядь бегает на цыпочках, да по темным углам шепчутся старухи - мамки, няньки. Царь хоть юн, но духу старушечьего не переносит: увидит, как нянька какая-нибудь, закапанная воском, пробирается вдоль стены, так цыкнет, - старушечка едва без памяти доползет до угла.
Бояре в Преображенском не бывают, - здесь ни чести, ни прибытка. Все толпятся в Кремле, поближе к солнцу. Чтобы не совсем было зазорно, Софья приказала быть при дворе царя Петра четырем боярам: князю Михаиле Алегуковичу Черкасскому, князю Лыкову, князю Троекурову и князю Борису Алексеевичу Голицыну. А велик ли прок от них? Лениво слезут с коней у крыльца, подойдут к царицыной ручке, сядут и - молчат, вздыхают. Говорить мало о чем найдется с опальной царицей. Вбежит в горницу Петр, - бояре, поклонясь нецарствующему царю, справятся о его государевом здоровье, и опять вздыхают, качают головами: уж больно прыток становится царь-то, - гляди, царапина на щеке, руки в цыпках. Неприлично.
- Никита Моисеевич, сказывали мне, - в Мытищах баба есть. Воробьиха, на квасной гуще гадает - так-то верно, - все исполняется... - проговорила царица. - Послать бы за ней!.. Да что-то боюсь... Не нагадала бы худого...
- Матушка государыня, чего же худого нагадать вам может подлая баба Воробьиха? - нараспев, приятным голосом ответил Зотов. - В таком разе Воробьиху в клочья растерзать мало.
Наталья Кирилловна подняла пальчик, поманила. Зотов подступил неслышно в мягких сапожках.
- Моисеич... Давеча в поварне, - стрелецкая вдова решето ягод приносила, - сказывала: Софья-де во дворце кричала намедни, и все слышали:
"Жалко, говорит, стрельцы тогда волчонка не задушили с волчицей..."
У Натальи Кирилловны затряслись губы, задрожал охваченный черным платом двойной подбородок, большие глаза налились слезами.
Что ей ответить? Чем утешить? У Софьи - стрелецкие полки, за Софью - все дворянское ополчение, а у Петра - три десятка потешных дураков-переростков да деревянная пушка, заряженная репой... Никита Зотов развел ладони, закинул голову, покуда не уперся затылком в жесткий воротник...
- Пошли за Воробьихой, - прошептала царица, - пусть уж скажет правду, а то так-то страшнее...

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий