Петр и Алексей

Вставая, чтобы идти одеваться, он послал ей через
улицу воздушный поцелуй, с галантнейшей улыбкой:
казалось, Фортуне-блуднице улыбается бесстыдною улыб-
кой мертвый череп.
Царевич подозревал Езопку в шпионстве, в тайных
сношениях с Толстым и Румянцевым. Он прогнал его и
запретил приходить. Но однажды, вернувшись домой не-
ожиданно, столкнулся с ним на лестнице. Езопка, увидев
его, побледнел, задрожал, как пойманный вор. Царевич
понял, что он пробирался к Евфросинье с каким-то тай-
ным поручением, схватил его за шиворот и столкнул с
лестницы.
Во время встряски выпала у него из кармана круглая
жестянка, которую он тщательно прятал. Царевич поднял
ее. Это была коробка "с французским чекуладом лепе-
шечками" и вложенною в крышку запискою, которая начи-
налась так:
"Милостивая моя Государыня, Евфросинья Феодо-
ровна!
Поелику сердце во мне не топорной работы, но рож-
дено уже с нежнейшими чувствованиями..."
А кончалась виршами:
Я не в своей мочи огнь утушить,
Сердцем я болею, да чем пособить?
Что всегда разлучно - без тебя скучно;
Легче 6 тя не знати, нежель так страдати.

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий