Петр и Алексей

Стоны становились все тише и тише, наконец, совсем
затихли - он уснул.
Она прислушалась к его дыханию. Оно было ровно.
Всегда после таких припадков он спал очень крепко, так
что ничем не разбудишь, только бы от него не отходила
Катенька.
Продолжая обнимать его голову одной рукой, Дру-
гою, как будто тоже лаская, она шарила, щупала на груди
его под кафтаном быстрым воровским движением пальцев.
Нащупав пачку писем в боковом кармане, вытащила, пе-
ресмотрела, увидела большое, запачканное, должно быть,
подметное, в синей обертке, за печатью красного воска,
нераспечатанное, догадалась, что это то самое, которого
она ищет: второй донос на нее и Монса, более страш-
ный, чем первый. Монс предупреждал ее об этом синем
письме; сам он узнал о нем из разговора пьяных денщиков.
Катенька удивилась, что муж не распечатал письма.
Или боялся узнать истину?
Чуть-чуть побледнев, крепко стиснув зубы, но не те-
ряя присутствия духа, заглянула в лицо его. Он спал
сладко - как маленькие дети, наплакавшись. Она ти-
хонько положила голову его на спинку кресла, расстег-
нула на груди своей несколько пуговиц, скомкала письмо,
сунула в углубление груди, наклонилась, подняла кор-
тик, надпорола карман, где лежали письма, и снизу полу
кафтана по самому шву так, что можно было принять эти
надрезы за случайные дыры, и положила остальную пачку
на прежнее место в карман. Если бы он заметил пропажу
синего письма, то подумал бы, что оно завалилось за под-
кладку и оттуда сквозь нижнюю прореху выпало и поте-
рялось. Дыры случались нередко в заношенном платье царя.

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий