Петр и Алексей

Алена вся побледнела, хотела что-то сказать, но только
беззвучно пошевелила губами.
- Царя трижды хотели убить,- покачал головою
старец Корнилий,- да не убьют: ходят за ним бесы и его
берегут.
Крошечный белобрысый солдатик с придурковатым,
испитым и болезненным личиком, совсем еще молодень-
кий мальчик, беглый даточный рекрут Петька Жизла,
заговорил, торопясь, заикаясь, путаясь и жалобно, по-
ребячьи всхлипывая: "Ох, братики, братики!" Он сооб-
щил, что привезены из-за моря на трех кораблях клейма,
чем людей клеймить, никому их не показывают, за креп-
ким караулом держат на Котлине острове, и солдаты стоят
при них бессменно.
То были введенные по указу Петра особые рекрут-
ские знаки, о которых в 1712 году писал царь генералу
пленипотенциарию князю Якову Долгорукову: "А для
знаку рекрутам значит - на левой руке накалывать иг-
лою кресты и натирать порохом".
- Кого припечатают, тому и хлеба дадут, а на ком
печатей нет, тому хлеба давать не будут, помирай с го-
лоду. Ох, братики, братики, страшное дело!..
- Все тесноты ради пищной приидут к сыну погибели
и поклонятся ему,- подтвердил старец Корнилий.
- А иных уже заклеймили,- продолжал Петька.-
И меня, ведь, ох, братики, братики, и меня, окаянного...

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100
Петр Первый Великий